Биорегуляция в профилактике нарушений сократительной деятельности матки

Патология сократительной деятельности матки продолжает оставаться одной из главных проблем акушерства и проявляется аномалиями родовой деятельности, маточными кровотечениями, перенашиванием и невынашиванием беременности, различными осложнениями в родах и послеродовом периоде. Нарушения сократительной деятельности матки до настоящего времени являются основной причиной материнской и перинатальной заболеваемости и смертности, для снижения которых в последние годы стали чаще применять кесарево сечение, что характеризует несовершенство методов терапии и профилактики этой патологии [1].

К аномалиям родовой деятельности относятся: патологический прелиминарный период; первичная слабость родовой деятельности (первичная гипотоническая дисфункция матки); вторичная слабость родовой деятельности (вторичная гипотоническая дисфункция матки); чрезмерно сильная родовая деятельность (гиперактивность матки); гипертоническая дисфункция матки; дискоординация родовой деятельности; тетанус матки [1, 2].

Характер и течение родов зависят от совокупности многих факторов, которые определяются как готовность организма беременной к родам [4]. Готовность организма к родам формируется длительное время за счет процессов, которые происходят в материнском организме от момента оплодотворения и развития плодного яйца до наступления родов. По сути, роды являются логическим завершением многозвеньевых процессов в организме беременной и плода. Во время беременности с ростом и развитием плода возникают сложные гормональные, гуморальные, нейрогенные взаимоотношения, которые обеспечивают течение родового акта. Доминанта родов есть не что иное, как единая функциональная система, которая объединяет следующие звенья: церебральные структуры — гипофизарная доля гипоталамуса — передняя доля гипофиза — яичники — матка с системой плод–плацента. Нарушения на отдельных уровнях этой системы как со стороны матери, так и плода–плаценты приводят к отклонению от нормального течения родов, что, в первую очередь, проявляется нарушением сократительной деятельности матки (НСДМ) [3, 4].

Большое количество разнообразных препаратов, используемых для коррекции НСДМ, приводит к полипрогмазии, когда действие лекарств становится непредсказуемым, может возникать «эффект каскада», при котором попытка нивелирования отрицательного действия препарата другим препаратом увеличивает число отрицательных действий на беременную женщину [2]. При этом токолитики могут вызывать гипокалиемию у плода с нарушением нейромышечной проводимости в сердечной мышце, тономоторные препараты — блокировать выработку плодом эндорфинов, что снижает сопротивляемость плода неблагоприятным факторам, а также изменять механическую резистентность эритроцитов, приводящую к нарушению их целостности, увеличению концентрации непрямого билирубина с его токсическим действием на центральную нервную систему плода. По данным В. Е. Радзинского (2011) необоснованная стимуляция родовых сил имеет место в 45–60%. Транквилоседативные препараты могут блокировать или снижать функциональную активность основной системы адаптации гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой.

Непредсказуемость полипрагмазии на фоне отсутствия знаний фармакогенетики конкретного человека делает ситуацию неуправляемой, а последствия для новорожденного и в последующем взрослого человека труднопрогнозируемыми [2].

В связи с вышеизложенным особую актуальность приобретают вопросы применения препаратов, используемых для профилактики НСДМ и обладающих минимальным отрицательным воздействием как на организм матери, так и на организм плода. Таким требованиям отвечают комплексные гомеопатические препараты, изготовленные из натуральных продуктов в минимальной дозировке. Характер действия этих препаратов основан на комплементарном принципе и усилении регуляционно-адаптивных звеньев сил организма, направленных на коррекцию его отклонения [5]. Действие этих препаратов направлено на универсальные механизмы защитной системы: ретикулоэндотелиальное звено, моноциты и макрофаги, переднюю долю гипофиза и кору надпочечников, детоксикационную функцию печени и образование иммунокомпетентных клеток в соединительной ткани. В состав комплексных препаратов входят компоненты, активирующие все элементы представленной большой защитной системы.

Основными свойствами препаратов, используемых для профилактики НСДМ, являются: транквилоседативный эффект, спазмолитическое действие, аналгезия без нарушения сократительной деятельности матки и депрессивного состояния плода и новорожденного, а также обнаруженная нами оптимизация маточного кровотока. Практически всеми этими свойствами обладает такой препарат, как Вибуркол. В его состав входит аптечная ромашка, повышающая порог болевой чувствительности, белладонна, оказывающая ремоделирующее действие на соединительную ткань шейки матки, сладко-горький паслен, обладающий транквилоседативным эффектом, подорожник с седативным эффектом, карбонат кальция с анальгетическим эффектом и ветреница, воздействующая на нейровегетативную систему, что и послужило основанием для использования этого препарата с целью профилактики НСДМ [2].

Таким образом, Вибуркол является оптимальным средством системной профилактики НСДМ через ведущую, психическую систему регуляции с последующей и параллельной нормализацией нейровегетативной и метаболической систем, обеспечивающих физиологичность маточных сокращений.

Отсутствие отрицательного воздействия на плод и форма применения препарата (ректальные свечи) обеспечивают значительные преимущества проводимого лечения по сравнению с альтернативной стандартной терапией.

Целью нашей работы явилось подтверждение целесообразности применения Вибуркола для профилактики НСДМ.

В исследование были включены 168 беременных из группы риска по нарушению сократительной деятельности матки, которые были разделены на две группы. В первую группу численностью 98 человек вошли женщины, которым проводилась профилактика НСДМ Вибурколом, а во вторую — 70 человек, которым профилактика не проводилась. По среднему возрасту и паритету статистически значимые различия в исследуемых группах женщин отсутствовали. Все женщины были с доношенной беременностью сроком от 38 до 41 недели. Из исследования исключались женщины с наличием миомы матки, преэклампсии, гипертонии, анемии, пиелонефритом, рубцом на матке, анатомически узким тазом. Средние размеры плодов по данным УЗИ также не имели статистически значимого различия, а средняя масса плодов в первой группе составила 3465 ± 49 г, во второй группе 3562 ± 87 г.

Группа риска формировалась на основании разработанной нами шкалы биологической готовности организма к родам. Использовались следующие показатели:

  • отрицательный дермографический тест;
  • вегетативный тест Кердо — ДД/Р (ДД — диастолическое артериальное давление, Р — частота пульса);
  • низкая оценка по шкале Бишопа (0–8 баллов);
  • неразвернутый нижний сегмент (3–5 мм);
  • показатели кольпоцитологии (срок родов);
  • наличие дыхательной активности плода (есть/нет);
  • оценка в баллах от 0 до 2.

Установлено, что у 102 беременных отмечалась недостаточная готовность к родам с суммой баллов меньше 5 и тестом Кердо меньше 0,5. У 66 женщин отсутствовала готовность к родам с суммой баллов от 5 до 10 и индексом Кердо менее 0,5.

Всем женщинам проводилась оценка кровотока в нисходящих веточках маточных артерий. Отмечено, что в основной группе беременных у 78 имел место положительный диастолический кровоток и у 20 — нулевой. В контрольной группе беременных положительный диастолический кровоток отмечен у 55 человек, а нулевой у 15. Показатели допплерометрии нисходящих веточек маточных артерий подтвердили нарушение кровотока в нижнем маточном сегменте как фактора риска НСДМ.

В первой группе женщин профилактика начиналась в предвестниковый период, когда свечи с Вибурколом применялись 2 раза в день per rectum, утром и вечером. При начавшейся родовой деятельности свечи использовались по стандартной методике каждые 3–4 часа.

В процессе анализа проводилась оценка характера родовой деятельности, ее продолжительность, проводимые стимуляции сократительной деятельности матки, метод родоразрешения и состояние новорожденных, оцениваемых при рождении по шкале Апгар.

Отмечено, что средняя продолжительность прелиминарного периода в первой группе женщин составила 4,1 ± 0,2 часа, а во второй группе 15,8 ± 1,1 часа, продолжительность родов соответственно 8,2 ± 1,3 и 13,1 ± 2,3 часа, латентного периода родов 2,6 ± 0,5 и 6,7 ± 1,4 часа и потужного периода 0,5 ± 0,02 и 0,5 ± 0,04 часа (рис. 1).

 

При оценке осложнений родов отмечено, что слабость родовых сил в группе женщин с профилактикой НСДМ имела место в 8,9% (9 чел.), а в группе беременных без профилактики в 28,6% (20), дискоординация родовых сил в 6,1% (6) и 34,3% (24) соответственно и гипоксия новорожденного в 2,6% (3) и 21,4% (15) соответственно (рис. 2).

Оперативное родоразрешение по акушерским показаниям посредством кесарева сечения в первой группе женщин произведено только у 1 беременной (1,02%), в то время как во второй группе женщин у 15 человек (21,4%), вакуум-экстракция плода произведена у 1 роженицы из первой группы женщин и у 6 (8,6%) из второй (рис. 3).

 

 

Таким образом, Вибуркол является эффективным профилактическим биорегуляционным лекарственным препаратом нарушений сократительной деятельности матки в группе риска по данной патологии среди беременных и рожениц.

Профилактика Вибурколом НСДМ в 1,6 раза уменьшает продолжительность родов, в 3,5 раза частоту слабости родовых сил, в 5,3 раза частоту дискоординации родов, в 13,5 раза частоту кесарева сечения, в 7 раз вакуум-экстракцию плода и в 10 раз гипоксию новорожденного.

Литература

  1. Крамарский В. А. Тактические подходы к решению некоторых акушерских проблем. Иркутск: РИО ГБОУ ДПО ИГМАПО, 2012. 213 с.
  2. Крамарский В. А., Дудакова В. Н. Антигомотоксическая терапия в профилактике дискоординации родовой деятельности // Биологическая медицина. 2009. 368 с.
  3. Рациональная фармакотерапия в акушерстве и гинекологии / Под ред. В. И. Кулакова, В. Н. Серова. М.: Литера, 2005.
  4. Радзинский В. Е. Акушерская агрессия. М.: Медиабюро Статус презенс, 2011. 678 с.
  5. Тираспольский И. В. Антигомотоксическая терапия в практике акушера-гинеколога. М.: Арнебия, 2015. 192 с.

В. А. Крамарский1, доктор медицинских наук, профессор
Ю. В. Трусов, кандидат медицинских наук

ГБОУ ДПО ИГМАПО МЗ РФ, Иркутск